Максимова Тамара Александровна, ветеран ВОВ из Казахстана
Тамара Александровна родилась 23 апреля 1924 года в Москве.
За год до выпускного бала Тамары, в 1941 году, началась война.
21 июня 1941 года в 12 часов дня это было воскресенье и нарком иностранных дел Вячеслав Михайлович Молотов выступил по радио и сообщил о том как немцы напали на Советский Союз. Все знали что война начнется, но думали что не раньше чем через год. Поэтому можно сказать что мы не были готовы к такому неожиданному сопротивлению которые пришлось нам переживать.
Мы в то время были воспитаны очень патриотически и поэтому как только мы услышали выступление Молотого, я только что закончила 9 класс и мы всем классом побежали в районный военкомат с просьбой непременно отправить нас на фронт и что мы хотим тоже сражаться с немцами. Кому-то по возрасту отказывали, в том числе и мне отказали, потому что мне только что исполнилось семнадцать, а брали в армию с 18 лет, но я очень настойчива была и считала что я не могу быть в стороне когда страна нуждается в каждом человеке, который бы помог побыстрее победить фашистов и я каждый день ходила с утра военкомат и просила и умоляла и плакала чтобы меня приняли. И где-то через неделю это может быть через 5-6 дней мне там сказали «как ты нам надоела, ладно мы тебя отправим в военный госпиталь», я была счастлива, наконец-то я не только по книгам а в настоящей жизни узнаю что такое война...К сожалению поскольку мы не сразу были готовы к началу войны у нас были большие потери, но надо сказать что я и родилась в Москве и все мои родные только в Москве, поэтому я хорошо знаю состояние жителей Москвы и как Москва встретила это ужасное событие с первого же дня немцы летали над Москвой, бомбили ее и поэтому все окна в домах были тщательно закрыты чтобы не было даже щелочки видно, все витрины были закрыты, все фонари выключены Москва была черная. Это все конечно было тяжело пережить. Меня перевели в госпиталь, оказалось что я самая молодая там, но все равно я старалась не отставать не от кого поскольку у меня не было никакого медицинского образования, то меня определили регистратором. Я должна была зарегистрировать всех и после этого помогать девочкам тоже обрабатывать. Но мне казалось то что я делаю недостаточно для того чтобы я потом могла бы вспоминать с гордостью и я уговорила наших девчонок которые были чуть-чуть постарше меня, попросить чтобы нас обучили хотя бы, чтобы мы стали медсестрами и через примерно три месяца нам устроили экзамен, несмотря на то что тогда сестринская работа была совершенно простой по сравнению с теперешней, мы сами кипятили и гладили бинт, потому что нам не хватало этого. У нас был очень дружный коллектив, мы не голодали поскольку раненых кормили и нам оставалось тоже что покушать, а вот спать мы всегда хотели потому что если нужно, мы и сутки и двое суток, а то и трое могли не спать, когда прибывали к нам новые партии раненых и мы должны были как можно скорее разгрузить эти грузовики или автобусы и оказывать сразу им нужную помощь. Это было совсем нелегко потому что, представьте 17 и 18 летней девчонки на себе должны были тащить.
У нас в госпитале был один раненный солдат морской пехоты,красивый здоровый, высокий парень и к нам он прибыл с оторванной ногой. У него было такое настроение, что вот «столько у меня было радости в жизни, девчонок было много, а теперь кому я одноногий нужен» и он попытался покончить с собой, правда у него это все ликвидировали, эту бритву и все остальное, кровь остановили. Вот тогда нам просто приказало наше начальство, чтобы кто-то из девочек прикинулся ему влюбленной и что такого красавца вы нигде не встречали, такого хорошего,такого доброго, вы ухаживайте за ним больше чем за другими чтобы только спасти ему жизнь, и как ни странно этот такой путь был очень удачным,он как-то немножко приободрился. Она ему говорила «я тебя буду ждать и мы еще этим, я ни одного парня такого красивого и такого умного в госпитале не видела» она ему так внушила это, что он стал продолжать жить жизнь свою и радоваться ей, вот такое большое значение имело настроение солдат и уезжая нас просили обмениваться полевыми почтами с ним.
Каждый хотел, стремился скорее закончить войну и все невзгоды переносили очень и очень бодро, ну конечно было всем тяжело, я вот знаю что очень многие легкораненые даже отказывались ехать в госпиталь, их немножечко там где-то перевяжут, где-то то промоют рану и оставались они дальше воевать...это конечно было очень здорово что такой был настрой.
После увольнения по состоянию здоровья, я вернулась в Москву.
И вот в 12 часов ночи Левитан, это самый крупный был диктор радио-телевидения, объявил о капитуляции немцев и что слава богу война закончилась. Я помню прекрасно...я была в доме с сестрой, а мама была на работе и вот мы побежали на улицу оказалось, что все жители Москвы, никого не было в домах, все были на улице, все стремились пойти именно в центр к кремлю и была ночь...но это было светло, потому что в небе столько было огней, столько было. Если видели какого-нибудь человека в форме сразу его подхватывали кидали вверх обнимались и целовались это было действительно праздник со слезами на глазах, и так до утра никто не уходил с улиц. Что было интересным уходя с сестрой уже на улицу, вот сразу как было объявлено, мы написали маме записочку поскольку ее и не было, что мы будем на каменном мосту, было море людей почти впритык стояли друг другу и вот представьте мама пришла домой увидел эту записку и пошла к каменному мосту и в этом море людей увидела нас подошла и говорит «девочки, я задумала если я вас найду в этом море людей, значит все будет хорошо...», это чудо было конечно и мы тоже до утра не могли уйти с улиц и это было ликование от души действительно по-настоящему люди ликовали и были в восторге от того что наконец можно будет жить...